Самое странное в картине «Детство лидера» (в украинском прокате с 29 сентября) пожалуй, то, что странным является… все. От наклона камеры до сюжета. А вот игра Паттинсона — настоящий сюрприз. Ведь неспроста этот фильм стал триумфатором 72-го Венецианского кинофестиваля.

pattinsonlifephotocallsydney10222012-2-2— Роберт, почему вы решили сняться в столь необычной картине?

— Потому что ничего другого не существует! (Смеется.) Большинство лент мне просто неинтересны. В 1990-х были варианты мейнстримных драм или фильмов для взрослых, но сейчас… «Ваш единственный вариант — это сделать картину о супергерое. Это я намекаю на 71 экранизацию комиксов, которые сейчас снимаются. Такие роли мне не нужны. Я даже не могу сняться в «Воздушной тюрьме». А мне очень хотелось бы это сделать. Но подобных фильмов сейчас нет. Так что как вариант я задействован в картине «Детство лидера», с которой в качестве режиссера дебютировал мой давний друг Брэди Корбет.

— Тяжело было работать с близким человеком?

— Я очень горжусь нашей дружбой с Брэди. Что касается работы на съемочной площадке — я просто доверился режиссеру. У него уникальное видение — в киноиндустрии я еще не встречал никого настолько искреннего в своих намерениях.

— В этом фильме вы, можно сказать, очень далеко отошли от своего персонажа в «Сумерках». Не боитесь, что поклонники разлюбят?

— Подозреваю, что разлюбят. (Улыбается.) Знаю одно: все это вранье, что режиссеры стали меня брать на роли, чтобы привлечь инвесторов и деньги для своих проектов. Прекрасно могли обойтись и без меня.

МЕЖДУ МИСТЕРОМ БИНОМ И ДАЛИ

В 2014 году в Каннах вы представляли две картины: «Звездную карту» Дэвида Кроненберга и «Ровер» культового австралийца Дэвида Mишо. Съемки в Австралии наверняка были непростыми…

— Да, ведь мы работали в таком месте, где до цивилизации не меньше 150 км в любую сторону. Там бродили одни непуганые кенгуру и члены съемочной группы. (Улыбается.) Это было упоительно. Не нужно было скрываться, оглядываться и все такое прочее. Разве что кенгуру, если их спровоцировать, могут запросто наброситься. А в целом — мир и покой. Я медитировал и расслаблялся все свободное время — такое блаженство! Зато как я психовал на пробах на этот фильм! Впрочем, на пробах я всегда нервничаю. Для меня это самое страшное испытание. 45 минут уходит только на то, чтобы хоть немного успокоиться и наконец-то начать играть. Сижу в уголке, не знаю, то ли по лицу себя ударить, то ли ущипнуть. А так называемые деловые встречи провожу спокойно. Особенно если речь идет о роли, которую я хочу получить, а мой агент докладывает мне, что куча актеров спят и видят, как бы меня обойти. Я становлюсь похожим на собаку, которая ни за что не упустит сладкую косточку! (Смеется.) Вот тут я играю, вот где я настоящий артист, не то что перед камерами!

— Почему не ищете помощи у психотерапевтов, непременных спутников жизни всех голливудских звезд?

— Я бы сходил к ним, но — вы будете смеяться! — одна эта мысль вызывает у меня панику. (Смеется.) Я обсуждал данную тему со многими людьми и, кажется, не хочу окончательно расставаться с неврозами. Так как научился находить смешную сторону в ощущениях страха и тревоги. Мне даже нравятся эти «горки» — душевные спады и подъемы.

— Когда вы играли юного Сальвадора Дали в фильме «Отголоски прошлого», вам регулярно приходилось раздеваться перед камерой. Сложно у вас с этим делом?

— Раздеваться несложно, особенно если перед этим не прогуливал качалку. (Смеется.) А с «Отголосками» у меня связана кошмарная история, просто позорная. Мы тусили у бассейна, чтобы расслабиться перед съемками. И вот стою я на бортике, дрожу как осиновый лист. А один из актеров, испанец, чуть ли не одной рукой срывает с себя всю одежду и направляется ко мне в совершенно, как мне показалось, приподнятом настроении. Сдается мне, что я в тот момент был похож на Мистера Бина, а не на Сальвадора Дали. Когда мы закончили работу, я пару дней всерьез переживал, думал: «Вот и он, финал моей короткой кинокарьеры». Но вдруг зазвонил телефон: «Роберт, у тебя, кажется, новая роль». Так началась эпоха «Сумерек».

СТОИТ ТОЛЬКО ПОГУГЛИТЬ…

pattinsonlifephotocallsydney10222012-3-1

— Для вас есть разница — играть постельные сцены с женщиной или с мужчиной?

— С высоты своего, хм… опыта могу сказать, что особой разницы нет. Ведь в эти моменты ты даже целуешься не по-настоящему. Все мысли заняты только тем, хорошо ли ты выглядишь и под каким углом к камере стоишь.

— Во времена вашей «учебы» в Хогвартсе (в двух частях потеррианы Паттинсон исполнил роль Седрика Диггори. — Прим. ред.) кинокритики твердили: «Тот парень, классом старше Гарри Поттера, — новый Джуд Лоу».

— Как же, как же, помню те заголовки. Зато сейчас примерно десяток молодых актеров окрестили себя «новыми Паттинсонами». Смена поколений.

— А в Китае опубликовали фотографии, на которых вашу голову приклеивают к старым постерам с телом Джуда.

— Ну, это уж совсем ни в какие ворота. (Смеется.)

— Вы с Джудом знакомы?

— К сожалению, нет. Но уверен, он смеется над всеми этими глупыми сравнениями. Чувство юмора — лучшая защита от безумия, которое происходит вокруг.

— Ну, вы-то об этом безумии наверняка знаете лучше других…

— Да уж, за время показа «Сумерек» я привык к массовым истерикам. Повсюду встречаю людей, которые уверены, что якобы знают меня. Увидели мое лицо на экране или фотку в журнале — и все, мы с ними друзья и чуть ли не любовники. Надеюсь, скоро этот селебрити-психоз потихоньку пойдет на спад.

— Когда, например?

— Скажем, лет через десять-двадцать. Когда закончится финансовый кризис, люди наконец-то займутся своей жизнью, и у них не останется времени, чтобы сутками сидеть в Интернете и ворошить чужое грязное белье.

— Вы сейчас о себе говорите? Или о мании преследования знаменитостей в целом?

— И то и другое. Интернет уничтожил личное пространство. Стоит пять минут погуглить — и знаешь всю подноготную Роберта Паттинсона: что он ест, с кем спит…

ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

childhoodofaleader-xlarge

— Благодаря «сумеречной» саге в соцсетях у вас больше подростков-фанатов, чем у Джастина Бибера.

— Самое странное, что они совсем не подростки. Мир «Сумерек» — параллельная реальность со своими правилами, образом жизни. Знаете, чем эти толпы людей занимаются? Сидят перед компами и комментируют все новости, мало-мальски связанные с этим фильмом. Днем и ночью, без остановки. Хотя мне, наверное, надо этим гордиться.

— Привыкли к пристальному вниманию?

— Пришлось, а как иначе?

— То есть вы не понимали, во что ввязываетесь, когда соглашались сниматься в «Сумерках»?

— Ни капли!

— Вы выросли в Барнсе, на севере Лондона. Каким было ваше детство?

— Да самым обычным. Я был этаким середнячком. Очень стеснительным, неуверенным в себе, старался особо не высовываться. Поэтому так и не рискнул попробовать себя в театре, хотя время от времени преодолевал скромность и участвовал в школьной самодеятельности.

— Ваш отец занимался винтажными автомобилями, мама работала в модельном агентстве. А вы сами еще в школе пытались стать моделью. Википедия не врет?

— То была самая убогая карьера модели в истории человечества. Сначала все складывалось очень даже неплохо: в моде был андрогинный тип, мое худенькое тело и смазливая девчачья физиономия отлично вписывались в тренд. Но потом я повзрослел, возмужал — и меня больше никто не хотел.

Но в глазах ваших одноклассниц работа моделью была плюсом

— Наоборот, я пытался скрыть это занятие. Но однажды меня рассекретили. Была такая тинейджерская бульварная газетка под названием Bliss, где в каждом номере редакция выбирала «bliss-мальчика» — девочки голосовали за понравившегося парня. В общем, я снялся для этой рубрики и продержался в ней довольно долго, почти год. В том числе потому, что активно голосовал сам за себя. За каждый номер мне платили 150 фунтов. (Смеется.) А на кастинги ходил, чтобы втихаря пялиться на манекенщиц.

И РУЧЕК ПОЛНЫЙ РЮКЗАК

В Лондоне часто бываете?

— В прошлом году провел там пару месяцев. Каждый раз возвращаюсь в Англию на Рождество и чувствую себя виноватым, потому что очень скоро начинаю скучать по Лос-Анджелесу. И впадаю в легкую депрессию из-за того, что сознаю: да, я действительно научился любить этот город и считаю именно его своим домом.

Вы как-то сказали в интервью: «Большинство людей только берут, но ничего не дают взамен». В связи с этим два вопроса: что дал миру сам Роберт Паттинсон? И что он у мира забрал?

— Когда вы говорите «забрал», я сразу думаю о воровстве. Постоянно ворую ручки из отелей. Посмотрите, у меня их полный рюкзак. (Смеется.)

— Что для вас самое сложное в работе?

— Честно? Интервью! Иногда у нас их было по 80 штук в день, в течение нескольких недель подряд. Я чувствовал себя сумасшедшим, и студия резко сократила количество встреч с журналистами, потому что было очевидно — я начал нести полную околесицу.

127847-2ee15-94945205-uc39d5О чем фильм

1918 год. Еще немного, и фашизм заявит о себе в полный голос. Маленький Прескотт живет с родителями во Франции. Его отец работает на правительство США, которое участвует в Версальских переговорах и не всегда действует в белых перчатках. То, чему ребенок становится свидетелем, оказывает решающее воздействие на формирование его личности, и на свет появляется монстр, не уступающий в своих тоталитарных амбициях самым известным тиранам ХХ столетия.

Оставьте ваш комментарий