Группа два года назад уже принимала участие в Нацотборе на Евровидение. И вот она снова рвется в бой. Накануне первого полуфинала лидер BSB Андрей Ковалев попробовал найти ответ на вопрос, зачем это делать снова.

 

— Андрей, вы пытаетесь попасть на Евровидение во второй раз…

— Евровидение — это определенный формат, не особо вяжущийся с концепцией групп, которые играют инди или альтернативную музыку. Но, глядя правде в глаза, стоит признать: Евровидение в нашей стране имеет большой резонанс, и много людей смотрят и обсуждают это шоу. Для нашей команды, которая нечасто мелькает в телевизоре, это хорошая возможность показать себя.

— Как думаете, почему вас так мало в телевизоре, притом что музыка у вас вполне «съедобная»?

— В первую очередь из-за английского языка, на котором мы поем. Конечно, есть много заграничных англоязычных групп, и, естественно, редакторы отдают им предпочтение — они настолько популярны, что их нельзя не показывать.

— Не наводит ли это обстоятельство вас на мысль, что надо петь на понятном большинству населения языке?

— В применении к Brunettes Shoot Blondes таких мыслей не было никогда. Если изменить язык, уйдет атмосфера, и звучание станет совсем другим. Это имеет смысл делать в рамках какого-то другого проекта.

— Думаете о сольной карьере?

— В ближайшем будущем ничего подобного воплощать в жизнь не собираюсь.

— Как вы готовились к Нацотбору?

— Мы специально не готовились. Записали песню Houston, отправили заявку на Нацотбор, и в спокойном режиме собирались 29 января презентовать этот трек. Но позже узнали, что прошли в Нацотбор — значит, в какой-то момент две независимые параллельные прямые пересеклись.

— Клип на эту песню будет?

— Уже сняли лайв-видео и даже изобрели для этого специальный инструмент. Купили рояль XIX века, встроили в его корпус другие инструменты. Так у нас получился рояль-оркестр — он и будет фигурировать в номере для Евровидения. Но дальше все зависит от решения зрителя…

— Как думаете, почему ни одна ваша песня не повторила успеха хита 2014 года Knock Knock?

— Мы делали видео на эту песню в расчете на вирусное распространение. Как оказалось, можно сколько угодно придумывать, строить схемы, но предугадать ничего нельзя — если людям не зашло, значит, так и есть.

— Какое самое яркое событие в жизни Brunettes Shoot Blondes произошло в 2018 году?

— Выступление на стадионе в польском городе Жешуве перед 30-тысячной аудиторией. Мы играли с местной группой Happy Sad. Вместе исполнили одну песню из их репертуара и нашу Knock Knock в тяжелой роковой обработке. Также понравилось выступать на Metronome Festival Praha.

— Чем еще, кроме выступлений, запоминаются зарубежные поездки?

— Переездами, особенно если они совершаются по каким-то красивым местам. В этот раз побывали в Альпах. Очень впечатляющая природа. Сложно сказать, попали бы мы туда, если бы не тур. Но долго находиться в дороге тяжело, и после таких путешествий начинаешь понимать звезд, у которых в райдере прописаны требования относительно быта и комфорта на гастролях. Мы — непривередливая группа, которая только набирает обороты, поэтому любим смотреть на окружающий мир из окна буса.

— Вашей команде в этом году исполняется девять лет. Не большой ли это срок для разгона?

— Большой… Наверное, надо обнулить счетчики…

— Состав группы нечасто менялся. Хорошо это или плохо?

— Два года назад к нам присоединились два новых участника. Я и барабанщик Роман Соболь вместе основали группу в Кривом Роге. Сейчас мы создаем музыку, которая, мы верим, будет пользоваться популярностью у публики. Кроме того, мы развиваемся, а если бы нам было скучно, всё бы давно разрушилось.

— Brunettes Shoot Blondes когда-нибудь была на грани распада?

— Перед выпуском видео Knock Knock мы два года не вели никакой деятельности. Я тогда учился в Варшаве и пытался разобраться, по каким законам развивается шоу-бизнес в других странах.

— У группы, судя по количеству просмотров, большая армия поклонников, а вас лично в жизни фанаты достают?

— Я спокойно передвигаюсь по городу, езжу в общественном транспорте, одежду на мне не рвут.

— Такое невнимание бьет по самолюбию?

— Я трезво смотрю на вещи, знаю, где находится группа и какую нишу хотелось бы занять в дальнейшем. Основное наше фанатское сообщество — это люди из Интернета, которые всегда ищут что-то новое. И если мы куда-то едем выступать, знаем, что случайных зрителей в зале будем минимум.

— Какие упреки чаще всего слышите в свой адрес?

— Иногда говорят, что без видео нашу музыку неинтересно было бы слушать. Причем видео настолько яркие, что можно без потерь выключить звук. (Смеется.) Но это чьи-то отдельные мнения, на деле же все совсем не так. Например, нашу музыку чаще других исполнителей берут в рекламу.

— Как думаете, почему?

— Бренды хотят обновляться, чтобы быть ближе и понятней новому поколению. Наша музыка — независимая и свежая — идеально для этого подходит.

— Какую украинскую музыку слушаете?

— Нравится Alyona Alyona, слушал «Грибы», когда они выпускали треки… Украинская музыка развивается семимильными шагами, но надо помнить, что исполнители, которые сейчас собирают большие залы, 10 лет назад не были так популярны и даже мечтать о таком не могли. Идет естественный рост, и главное этому не мешать.

— Дуэт с кем-то из отечественных музыкантов возможен?

— У нас есть единственный опыт в этом плане. С The Maneken, он же Евгений Филатов, мы по его инициативе записали совместный трек Go! Мы его до сих пор исполняем на своих концертах.

— О чем мечтаете?

— В большинстве музыкально развитых стран есть группы или исполнители, которые с ними моментально ассоциируются. Например, при упоминании группы Rammstein или Scorpions все сразу понимают, что это Германия. Хочется, чтобы Brunettes Shoot Blondes напрямую связывали с Украиной.

Оставьте ваш комментарий