Популярный украинский актер театра и кино Алексей Тритенко накануне Нового года  рассказал TG, как пять лет был главным Дедом Морозом в одном из украинских городов! А еще мы узнали, кого первым Алексей поздравляет в свой (!) день рождения и как ему удается сохранять прекрасные отношения с бывшими женами — известными актрисами… Также Тритенко поведал о крепкой мужской дружбе и о том, как написал портрет Георгия Делиева.

Алексей Тритенко — о поисках хобби

— Алексей, в конце 2018 года в одном из интервью пожелали себе много работы. Сбылось желание?

— Откровенно говоря, больше не буду себе такого пророчить! (Смеется.) 2019-й был плодотворный, но довольно сумбурный в плане работы год. Было немало даже странных и, не побоюсь этого слова, бессмысленных и непонятных событий… Какая-то даже мистификация присутствовала! Не пожелал бы себе такого в наступившем году.

— Декабрь для вас особенный месяц — у вас день рождения (11 декабря). Как обычно празднуете?

— Обожаю отмечать на работе, там я занят. Признаюсь, не очень люблю свой день рождения. Стесняюсь повышенного внимания к своей персоне, а в этот день столько людей хотят всего тебе пожелать, что порой даже переживаю, что не смогу оправдать все хорошие слова и пожелания. Все время говорю, что не заслужил такого количества внимания, доброты и заряда любви. На 35-летие друзья сделали мне сногсшибательный подарок — поездку в Америку. Это было невероятнейшее путешествие, которое навсегда останется в памяти!

Беспрецедентно! В Україні знімають слов’янське фентезі

Клуб именинников и бывших жен

— В этот день родился и ваш друг — режиссер и актер Ахтем Сеитаблаев. Кто кому первый звонит с поздравлениями?

— А кто успеет! Где-то в начале первого ночи обязательно созваниваемся: «Ну что?! С днем рождения, нас!» Но в нашем списке именинников есть еще один друг — режиссер Тарас Ткаченко («Гнездо Горлицы», «Черный ворон») — он тоже 11 декабря родился. В прошлом году Тарас и Ахтем были в этот день в Лондоне. И вдвоем звонили мне оттуда, подняв британскую чарочку за мое здоровье. Это было замечательно!

Алексей Тритенко и Зоряна Марченко

— Как вам удается сохранять хорошие отношения с бывшими женами — актрисами Анастасией Карпенко и Зоряной Марченко? Недавно вы опубликовали совместное фото с Зоряной на одной из кинопремьер…

— Во-первых, мы вместе работали в этой картине — речь идет о «Черном вороне». Во-вторых, бывших жен не бывает. Меня удивляют ситуации, когда у людей было столько общего, но они во время расставания такие вещи друг другу высказывают, что слушать страшно. Мне кажется, это неправильно. Где-то читал: жизнь одна.(Смеется) Мне не хочется таскать за собой якоря каких-то обид или злости. Стараюсь все эти тяжести сбросить и помнить только хорошее. В любом случае, между мной и моими женами кармическая связь — можем год, а то и два не видеться, но держит невидимая ниточка. И в моменты, когда становится одиноко и тоскливо, знаешь, что где-то есть человек, который тепло к тебе относится. Как и ты к нему, естественно. И для этого не надо каждый день созваниваться и через день видеться. В моей жизни есть такие женщины, и я очень им благодарен. В чем причина расставания? В быту я очень нелегкий человек. Непростая ноша была уготована судьбой моим вторым половинкам…

Тарас Цимбалюк под вороновым крылом

Алексей Тритенко и Тарас Цимбалюк

«Дедморозить» — тяжелый труд

— Алексей, вы помните свой первый заработок?

— О, да! Я был главным Дед Морозом тогда еще Днепропетровска, открывал елку вместе с мэром города. Проработал на этом посту лет пять. Я, не мэр.(Смеется) И напрочь убил в себе ощущение главного новогоднего праздника. И сейчас пытаюсь потихонечку, маленькими шажками вернуть эту радость. Когда ты «дедморозишь» в новогоднюю ночь, то, чтобы перевести дыхание, у тебя есть всего минут двадцать: когда бьют куранты, летит в небо салют и люди поздравляют родных и близких по телефону. Вот это время можно отдохнуть — снять бороду, спокойно подышать воздухом, а не потной ватой. Были в моей работе разные истории — и забавные, и очень приятные, и наоборот. Можно целую книгу написать. Это интереснейший, но и тяжелейший опыт и труд.

— Первый гонорар на что потратили?

— Купил себе свитер под горло — такие геологи носили в советских фильмах. И он до сих пор у меня есть! Я даже помню приблизительно, где лежит. Это был первый год после того, как я окончил школу… А весной вот праздновали 20-летие выпуска. У нас был очень дружный класс, и курс в театральном училище, кстати, такой же. И курсом, и классом регулярно встречаемся. Это замечательно и очень правильно. Когда собираемся, это такой мощный отсыл к нам тем, молодым, беззаботным! Представляете, у меня есть одноклассники-сталевары, я настолько этим восхищен! Когда они рассказывают о сложностях своей работы, все мои творческие проблемы тухнут в одну секунду.

Родители и соседи

— Как отмечаете обычно Новый год? Проведываете родителей?

— Что тут говорить… По больному ударили — в этом плане я редкая свинюка! Последние годы не так часто радую родителей визитами. Ритм жизни складывается непростой, но, слава Богу, они понимают: «Успокойся, не переживай!» Я их люблю очень! Может, в этом году получится встретить наконец-то Новый год вместе.

— Как проходили в вашем детстве новогодние праздники?

— Классически: оливье и фильм «Ирония судьбы, или С легким паром!» Я помню, что нас, детей, в эту ночь никто не принуждал идти спать. До сих пор восхищаюсь способностью родителей давать нам столько свободы. Не знаю, как они чувствовали, сколько можно позволить, а сколько нет. Смотрю сейчас на своих шустрых племянников — уже бы головы поскручивал! (Смеется.) А у моих родителей столько терпения было для нас…

«Коли ми вдома»

— Они гордятся вами?

— Это забавно, но они очень долго не принимали мое желание стать актером. Не противились, но и не относились всерьез к выбору профессии. Сначала меня это настораживало, потом оскорбляло, затем мне это болело, и, наконец, принял как есть. А потом случилась одна история. К тому времени я уже лет семь или восемь работал в театре, сыграл там огромное количество ролей, и в кино тоже работ было достаточно. Но вот на экранах появился всем известный сериал («Коли ми дома» на телеканале СТБ). Однажды приехал к родителям, и они вдруг заметили, что на заборе повисли соседи: «Это же он!» Задумались: «А что происходит?» И потихоньку начали втягиваться в мою киношную жизнь. Мама как-то звонит: «Сынок, тебя опять убили!» Успокаиваю: «Мама, так это же кино!» Она: «Как он мог, гад!» Трогательно так…

— Сериал «Коли ми дома» уже много лет в эфире. Дружите с коллегами?

— С моей сериальной женой Мариной (актриса Екатерина Колесник. — Прим. ред.) сейчас не так часто видимся. Она ушла в сценарную работу. Я ей желаю, чтобы все получалось и дальше. Дай Бог вдохновения! С кем-то из ребят периодически видимся. Со Станиславом Владимировичем (Бокланом. — Прим. ред.) мы работаем в одном театре. Когда я пришел сюда, он в первый же день сказал: «Садись в гимерной, за мой столик!» Но теперь всякий раз возмущается, когда у нас параллельные спектакли: «Чьи это тут вещи?» Я: «Вот только не надо ля-ля! Кто-то предложил сам это место!». Мы много шутим, иронизируем. Я вообще люблю семейство Бокланов: со Стасом мы 15 лет снимаемся в кино, а с Колей — столько же проработали в театре. Это блестящий двойной удар творчеством! Очень обоих люблю, каждого по-своему. Они, как и я, по характеру непростые люди. Но, согласитесь, все люди — сложные в той или иной степени…

Нарисовал Делиева и отнял у него дар речи

 — Алексей, в вашей творческой копилке есть несколько исторических фильмов. Один из них — «Сувенир из Одессы». Вам ведь не приходилось учиться «одесскому колориту», потому что некоторое время жили в Одессе и работали в местном театре…

— Я очень благодарен за эту роль моему большому другу, режиссеру Олегу Туранскому. В Одессе я проработал сезон, но знаете, как там: со второй недели уже перестаешь отдыхать а начинаешь жить, и пропитываться всем, что тебя окружает. И Одесса, кстати, мне отвечает взаимностью — там очень хорошо ко мне относятся. Внимательно следят. Если в целом по Украине меня знают по нескольким работам, то в Одессе явно глубже интересуются моей биографией. Еще этот проект подарил мне невероятного друга — Жору Делиева. Я в этого человека влюбился раз и навсегда. Это сердце, невероятный талант и душевная щедрость. Человек, которым не перестаю восхищаться.

— В знак признательности вы ему подарили несколько своих картин. И, по словам Георгия, одна из них «снялась» в его фильме.

— Георгий — очень тактичный человек. Когда выяснилось, что он пишет картины, я воскликнул: «Жорочка, я тоже пишу!» И на следующую же смену принес ему одну из первых своих работ. А начинал я, как все неопытные художники, с импрессионизма. (Смеется.) Ну, скорее, это такой себе эмоциональныйнаброс красок на полотно. Он очень долго рассматривал, приближал, отдалял. А потом выдал вердикт: «Ну, не Сальвадор Дали, конечно, но что-то невероятное!» Это я потом, со временем, понял, что толерантный Георгий выбирал слова, чтобы не сломать во мне первые росточки тяги к прекрасному. А тогда я решил закрепить, скажем так, успех, и написал портрет Жоры. Чем совершенно выбил его из колеи! Он ожидал все что угодно: натюрморт, пейзаж, в конце концов новую волну импрессионизма. Но когда увидел так называемый портрет себя, просто потерял дар речи! А я не сдаюсь: «Вот видишь, Жора, обещал же, что удивлю тебя!» Он: «Да, тебе удалось!» Когда я приезжал к нему в одесский театр «Маски», рассматриваю в его кабинете портреты от разных художников. Не заметил, правда, своего, но Георгий сказал, что моя работа будет там — среди признанных и именитых мастеров.

Георгий Делиев вышел из тюрьмы и стал сторожем

— Друзья, как видно, занимают большое место в вашей жизни. Часто удается встретиться, посидеть?

— Довольно редко, но получается! Это, наверное, возраст. (Смеется.) Будучи юным, я часто повторял, что у меня тысячи друзей. Но это присущий тому возрасту максимализм. А со временем (к сожалению или счастью — пока не могу сказать) круг тех людей, которых безоговорочно называешь друзьями, сужается. Но он еще довольно широк!

Оставьте ваш комментарий