В середине января певица впервые даст сольный концерт в Киеве и представит праздничную программу «Тиха ніч», где прозвучат аутентичные и авторские колядки в неожиданных аранжировках.

— Оксана, какими подробностями о своей новой программе можете поделиться?

— Мне важно беречь украинские традиции. Порой тяжело наблюдать, как люди не могут вспомнить более двух-трех колядок. На самом деле Рождество было воспето невероятным количеством колядок в разных регионах Украины. Персонажи везде один и те же — Иисус, Мария, Иосиф, ангелы, пастухи, три царя, Ирод, а сами колядки отличаются мелодией, текстом и эмоциями. Поэтому 15 января на сцене Киевского национального академического театра оперетты я напомню, какое разнообразие колядок у нас есть. Ни одна колядка не похожа на другие стилистически. Мы с музыкантами позволим себе импровизировать. На каждом концерте колядки звучат по-новому. И, что еще для меня важно, — это будет мой первый сольный концерт в Киеве. Немного волнуюсь по этому поводу. (Улыбается.)

— Будут ли колядки в джазовой интерпретации?

— Все колядки — картины, написанные разными художниками. На концерте будет стилистическое разнообразие — публика услышит джазовые ритмы и даже испанские мотивы… Кроме традиционных колядок, я спою дохристианские щедровки, а также несколько современных рождественских песен, написанных моими коллегами, нашими современниками.

— Какие наряды вы приготовили для этой программы?

— Сейчас львовский дизайнер Леся Сэми шьет для меня два новых платья. Может, быть появится третье… Но хочу сделать акцент: программа «Тиха ніч» — это не шоу с огнями и фейерверками. Колядки настолько самодостаточны, что все прочее будет только отвлекать от пения, от сути, от таинства, от глубины нашей рождественской традиции.

— Вы коллекционирует наряды традиционного украинского строя?

— Полного наряда у меня нет. Есть несколько старинных вышитых сорочек… Но моя близкая подруга Роксолана Шимчук увлекается коллекционированием древних нарядов. На первую свою стипендию она купила когда-то вышиванку, а теперь у нее — собственная галерея, где представлены образы из разных регионов Украины. У нее больше тысячи экземпляров полного строя. Когда прихожу к ней, здороваюсь с манекенами: «Добрый день, девочки» — они одеты с головы до ног. Иногда на концерты я беру у нее наряды. К слову, когда надеваешь сорочку, которой больше 200 лет, появляется ощущение, словно переносишься в другое время. Когда я рассматриваю старинные вышивки, поражаюсь разнообразию стилей. Сейчас наши мастерицы используют только крестик и гладь, а тогда…

— Расскажите о появлении колядок в вашем репертуаре.

— Некоторые колядки нашла в книге «Пісні з Галичини», еще одну — «Йшов місяченько» — мне на диктофон записала Стефания Качор, живущая в селе под Львовом: сначала спела, а потом всю остальную коляду записала от руки на листке — 26 куплетов. Примечательно, что она писала так, как говорила, и в результате получилось очень колоритно — «хліб пшенишний», «темна тимонька», «вубруси лінні»… Конечно, в репертуаре много традиционных колядок, которые передаются из поколения в поколение. Мне повезло родиться в музыкальной семье, где чтят и берегут традиции. К этим праздникам и моему туру по городам Украины «Тиха ніч» мы решили издать «Колядник від Оксани Мухи», в который вошло более 50 колядок и щедровок — так, как их знаю и пою я.

— Кто оказал на вас наибольшее влияние в плане музыки?

— Квитка Цисык. Она подарила нам два уникальных альбома украинских песен с невероятными аранжировками. До такого уровня звучания еще никто не смог и близко подойти. После прослушивания этих альбомов я начала совершенно по-другому понимать и чувствовать украинскую песню. И именно тогда, в 5-6-летнем возрасте, я решила стать певицей.

— Ваш отец музыкант, он помогает вам с репертуаром?

— Все, что можно было в меня вложить, родители вложили, когда я была ребенком в стадии формирования. Правда, как-то именно отец предложить мне спеть на сольном концерте «Тихий Дунай», об этой песне я как-то совершенно забыла. Зрители на концертах воспринимают ее на ура и даже подпевают… Сейчас главная помощь от родителей состоит в том, что они присматривают за моим сыном Данилой в то время, когда я на гастролях. Ему уже почти 11, и он настоящий казак. (Улыбается.)

— Праздники в кругу вашей семьи наверняка музыкально очень насыщенны.

— Папа берет аккордеон, я — скрипку, а сестра Ульяна садится за фортепиано. У нас есть коллекция колокольчиков, и в результате аккомпанемент получается очень теплым. Но сейчас мне становится немного грустно, потому что последние несколько лет мне на Рождество приходилось работать, и я не была дома.

— Родители вас понимают. А как сын-подросток относится к тому, что он не видит маму на праздниках?

— Данила очень расстраивается и постоянно переспрашивает: «Ты точно в воскресенье приедешь? Обещаешь?»

— Будущее Данилы уже предопределено?

— Несмотря на то что он неплохо нам подпевает, мне кажется, Данила не будет музыкантом. Почему-то думаю, такое решение он принял, глядя на меня и те трудности, с которыми я сталкиваюсь. Однажды у него проскочила такая пренебрежительная фраза: «Ты что, хочешь из меня какого-то певца сделать?!» Так что он мечтает о более стабильной профессии. У него хорошо получаются поделки из дерева, он прекрасно готовит разные блюда. Но я не хочу оказывать на сына давление, хотя в глубине души надеюсь, а вдруг он передумает и в его жизни все будет по-другому. Мне больше всего хочется, чтобы он занимался своим любимым делом.

— Берете Данилу с собой на концерты, чтобы он проникся атмосферой?

— Если недалеко от дома, конечно, беру. Лучший наш с ним период был во время моего недавнего тура по Америке. Я взяла Данилу с собой, чтобы показать совершенно другой мир. Для него эта поездка стала открытием — он впервые побывал за океаном и на побережье! Он увидел, как мы переезжаем из города в город, как меня принимает публика. И самое главное, он увидел своими глазами: то, что я делаю, необходимо людям. Эти концерты были благотворительными — мы собирали средства для Фонда Revived Soldiers Ukraine, который помогает украинским воинам ставать на ноги — спонсирует лечение, реабилитацию.

— Какие у вас ваших впечатления от общения с представителями украинской диаспоры?

— Людей, которые приходят к нам на концерты, делю на два типа. Первые жалуются на то, что за океаном зависли, как говорится, между небом и землей — не нашли себя и не смогли реализоваться. Они бы и рады вернуться, но увы — уже некуда. Вторые, наоборот, вполне счастливы — сделали успешные карьеры, создали семьи.

— Вы когда-нибудь всерьез задумывались об иммиграции?

— В 2014 году мне предлагали переехать в Канаду. Но я отказалась, потому что у меня большая связь с украинской землей, я благодаря этому до сих пор продолжаю формироваться. Много путешествую, но не могу себя представить постоянно живущей где-то за границей. Понимаю, что там больше возможностей, но мне хочется, чтобы и у нас было так же. Я говорю не о финансовом благополучии, а о сознательности и ответственности, когда все члены общества живут по одним законам.

Вашему внимание видеоверсию интервью с Оксаной Мухой

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ. СТАВЬТЕ «КОЛОКОЛЬЧИК». ОСТАВЛЯЙТЕ КОММЕНТАРИЙ.

Оставьте ваш комментарий